Пару слов о хайпанутости 

Есть категории людей, для которых где бы не высунуться, только бы себя показать, попиариться и, как сейчас говорят: хайпануть. Хорошее слово, попиариться слабее будет. В «хайпануть» слышится – «хай поднять», «хапнуть», «уравать». 

Об установке какого бы памятника ни шла речь в последние десятилетия в нашем городе, да и в любом другом, обязательно найдутся недовольные. Так было, к примеру, с памятниками в Омске Жукову, Врубелю. Зачастую весь пафос выступления «поперечников» сводится к желанию хайпануть, «в праведном гневе» рубаху рвануть на груди, пяткой в неё ударить. Такая же картина наблюдается, когда на публичное обсуждение выносится вопрос о строительстве той или иной церкви. 

Дал пищу для хайпанутых витий председатель экспертного совета компании «Рэдиум Инвестиции» Виктор Владимирович Титарёв своим интервью «Трамплину», в котором изложил мнение по поводу присвоения омскому аэропорту имени генерала Карбышева. Допускаю, Виктор Владимирович не очень уклюже (возможно, неуклюже было изложено) высказался о верности присяге Карбышева царю и Отечеству: присягу дают один раз в жизни, а значит, перейдя в Красную армию, он изменил ей. В это и вцепились наши славные витии. 

В соборном послании апостол Иаков пишет: «Как тело без духа мертво, так вера без дел мертва». Как вера без дел мертва, так пусты высокие слова о патриотизме, любви к родному городу, краю, к своей стране, если они всего лишь сотрясание воздуха. 

Три года назад я брал у Титарёва интервью, оно касалось сотрудничества Виктора Владимировича с благотворительным фондом «Возрождение Тобольска». Интервью носит название «Повлиять на прошлое». Его можно прочитать…. Приведу пространную цитату из того нашего разговора: 

Докатились: Ермака, присоединившего Сибирь к России, превращают в «оккупанта»

 

Именем казачьего атамана не хотят называть новый аэропорт Тобольска - первой сибирской столицы

С деяниями Ермака Тобольск связан теснее некуда

С деяниями Ермака Тобольск связан теснее некуда

Фото: Shutterstock

В Тобольске с 29 марта должно начаться народное голосование по поводу того, чье имя должен носить новый аэропорт (его строительство началось в прошлом году) этого города. Город основан полтысячи лет назад. И был первой (а многими считается и до сих пор) столицей Сибири. В списке известных людей, из которых и выберут имя аэропорту, - пять фамилий. Они родились в Тобольске и прославили его. Картограф и летописец Семен Ремезов, композитор Александр Алябьев, сказочник Петр Ершов (автор Конька-Горбунка), художник Василий Перов и Михаил Знаменский.

Но, к удивлению многих, среди кандидатов не оказалось самого очевидного кандидата - казачьего атамана Ермака. С деяниями которого и Тобольск, и вся Сибирь связаны теснее некуда.

И это вызвало настоящий скандал.

«РЕКОМЕНДОВАЛИ — НЕ ГОЛОСОВАТЬ»

«КП» обратилась ко всем причастным к этому голосованию.

Директор Тобольской комплексной научной станции Игорь Ломакин - инициатор того, чтобы имя Ермака было присвоено местному аэропрту. Он рассказывает:

- Кандидатуру Ермака мы предлагали сразу — и она была включена в первоначальный лист из 16 имен. Это был список городской Общественной палаты. Когда шло заседание, там присутствовало 23 человека.

- Почему Ермак «выпал из контекста»?

- Члены Общественной палаты — нередко люди зависимые. Да, по процедуре голосования в палате подтасовок не было. Оно было тайным. В окончательный список должны были попасть лишь 5 кандидатов. И Ермак занял лишь 6-е место при том давлении, которое было. То есть, не попал в лист для общегородского голосования.

- Какое давление?

- Давление со стороны националистически настроенного меньшинства. В целом местные татары к Ермаку относятся сдержанно. Они не почитают его так, как русские, но относятся терпимо. И если б не было воздействия — Ермак однозначно оказался бы в пятерке. И я даже убежден — он там был бы первым. Тобольск и Ермак - вещи неразрывные!

- Так в чем конкретно давление выражалось?

- Мне не меньше трех членов палаты в кулуарах сказали, что им настойчиво рекомендовали за Ермака не голосовать. Что касается местных СМИ и сайтов — ощущение, что имя Ермака оказалось там под запретом.

- Если в понедельник - 29 марта - уже начнется голосование по списку из 5 имен, среди которых нет Ермака, уже ничего невозможно будет изменить?

- Решение должна принимать власть. И правительство области, и полпред президента в курсе скандала. Мне письмо пришло и из Совета по нацвопросам при президенте. Всемирный русский народный собор подключился, казачество. Даже Патриарху доложили...

- А в самом Тобольске люди знают о голосовании?

- Такое впечатление, что Москве об этом знают больше, чем в Тобольске. И как раз из-за того, что Ермака оставили вне списка. Обращения поступают даже от казаков из Германии, Швеции, Сербии, Австралии, Чехии, Польши.

- А кто конкретно против Ермака?

- Татарская региональная общественная организация «Наследие». А наши административные структуры действуют по принципу: «Как бы чего не вышло». Чтобы бедных татар не оскорбить ненароком.

- Татары широко представлены в разных структурах Тобольска?

- Они вторые по численности после русских (СПРАВКА «КП»: 75,6% населения Тобольска — русские, 16% - татары). Открытых конфликтов не возникало. Но татарская диаспора в отношениях с властью в последнее время нередко настаивала на своем. В 2020-м была ситуация с установкой Поклонного креста в Тобольске. И там, говоря о Ермаке, противники установки прямо сравнивали его с Гитлером. Якобы установка Креста разжигает межнациональную рознь.

- Кто отвечает за голосование по выбору имени аэропорту?

- Мэр Афанасьев - в целом отвечает. А за организацию — глава Общественной палаты Кожедуб. Он уже понимает, что крепко попал и переживает сильно. Не хотел такого резонанса. Я им говорил: ну выставили бы на голосование список из всех 16 лиц, пусть бы люди и голосовали.

- Поддержку своей позиции в Тобольске чувствуете?

- Часть членов Общественной палаты и многие местные жители поддерживают. Но открыто это высказать не решаются.

Картина Василия Сурикова «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем»

«ЭТО ЧТО, ВТОРОЕ НАШЕСТВИЕ КАЗАЧКОВ-РАЗБОЙНИКОВ?»

Дозвонилась «КП» и до главы татарской общественной организации «Наследие» Луизы Шамсутдиновой, которую называют главной противницей Ермака.

- Почему столько шума вокруг присвоения имени аэропорту Тобольска?

- Про информационный шум не знаю.

- А почему имя Ермака из кандидатов оказалось вычеркнуто?

- Ермак? Мы в каком веке живем? При чем тут Ермак? В список попали достойные люди. Сейчас завоевывать мир какими то казачками, атаманами-разбойниками — это что, второе нашествие? Так понимать?

- Вы считаете, что Ермак мог бы нарушить межнациональное согласие в Тобольске?

- Давайте по другому. То что Общественная палата Тобольска выработала такую стратегию — это очень правильно. Палата исходила из пожеланий местного населения. Палата владеет ситуацией. Она авторитетна. Там люди конкретные.

- Выбирая название аэропорту, исходите из чего?

- Мы живем сегодняшним днем. Мы отдаем себе отчет, как правильно должны здесь, на месте жить, чтобы у нас были мир и согласие. Нам не нужны нападки со стороны. Попытки разладить отношения между национальностями.

Пусть они там, где шумят, там и называют именем Ермака. Хотят в Ростове, хоть за рубежом.

- Почему эти пять имен?

- Они все достойны. Я свой выбор сделала. Ремезов отстроил тобольский кремль и новый городок. Знаменский на Искере в столице Сибирского ханства раскопки делал. Композитор Алябьев — тоже наш земляк. Ершов написал не только Конька- Горбунка, но и поэму о хане Кучуме. Благодаря этим людям мы знаем историю свою. И никто не имеет право вмешиваться. Тут, дома, хозяева — мы.

- Письма зарубежных казачьих общин видели?

- Это идет нагнетание. Их ходы мы знаем — чего они добиваются. Нам это не интересно.

- Противопоставление Ермака и хана Кучума, русских и татар идет?

- Это навязывается извне. В Тобольске мы живем мирно. Здесь основное население — русские и татары.

- Татары сегодня в регионе - вторая про численности группа населения после русских?

- Нет, давайте скажем так. Татары здесь — коренной народ. Они здесь всегда были, есть и остаются. Они принимали всегда здесь другие национальности. И сегодня сложилось так, что мы живем дружно — русские и татары. Остальных национальностей — 1-2 процента.

- На вас оказывают давление?

- Оно было и есть. Но нам навязывай, не навязывай — толку нет. Мы привыкли на месте сами решать проблемы. Диктовать бесполезно.

- А если бы в списке для голосования оказались и Ермак, и хан Кучум?

- Давайте оставим историю.

- Но когда говорят «Тобольск - столица Сибири», рядом сразу же возникает фигура Ермака — или, по вашему, это не так?

- Вы сейчас перепутали все. Тобольск возник раньше Ермака. Это вопрос некорректный и неправильный.

У памятника Ермаку в городе Чусовой, Пермский край. Фото ТАСС/ Максим Кимерлинг

КРЕСТА НА НИХ НЕТ

Почему Ермака пытаются сделать антигероем - «КП» спросила у глава Фонда «Возрождение Тобольска» Аркадия Елфимова.

- Почему Ермака делают «плохишом»?

- Это вторая волна вокруг имени Ермака. Первая была связана с установкой Поклонного креста — казакам дружины Ермака от благодарной России. Я открыл его в своем парке Ермаково поле.

- Противники - кто?

- Многие. Во второй половине прошлого года в Тобольске и в Москве в поддержку «сибирских татар» выступали массово либералы.

- А именно?

- Люди вроде Николая Сванидзе. Второй эпопеей стала возможность присвоения имени Ермака Тобольскому аэропорту. Я не был инициатором этого. Но полностью согласен с тем, что среди 16 предложенных первоначально имен было два державника российских.

- Можно предположить, каких...

- Ермак и Менделеев. Но именем Менделеева уже назван аэропорт в Тюмени. Потому все аргументы были за Ермака. А сепаратисты-русофобы хотят славить Кучума — врага русского государства, при этом не хотят слышать про Ермака.

СЛОВО ИСТОРИКУ

Атаман спасал татар от пришлого хана Кучума

Почему вроде бы «частная» история про то, как назовут аэропорт в небольшом (всего 100 тысячи жителей) и далеком Тобольске, стала так важна для многих в России? Какие неудобные вопросы она поставила перед всеми нами?

Вот мнение историка и публициста Егора Холмогорова:

- В Тюменской области очень активно действует, по сути, сепаратистская организация.

- Резко вы...

- Она заявляет, что представляет сибирских татар. И торпедирует любые попытки увековечивания памяти Ермака. Навязывается идеология, что Сибирь — захваченная русскими земля. Что Ермак — русский оккупант, устроивший геноцид местного населения — татар в первую очередь.

- Это не так?

- Нет! Оккупантом там был как раз хан Кучум! Он представлял интересы бухарского ханства Шейбанидов. Он сверг местную татарскую династию. А та присягнула перед этим России!

- То есть Ермак...

-... Фактически восстанавливал там законность. Сибирь то уже присягнула русским государям! В этом смысле завоевателем Сибири был как раз хан Кучум.

- Значит, война против Ермака...

- Это антирусское мероприятие. Не только этнически, но и антигосударственно. Вопрос о Ермаке — это вопрос о государственной принадлежности Сибири.

- Поясните.

- Если мы идем по дорожке отрицания Ермака, то не заметим как будет поставлен и вопрос отделения Сибири от России. Тобольск на самом деле — не дальняя окраина России, а ее географический центр. И то что в географическом центре может быть подобная ситуация — атаки на человека который все эти земли присоединил, то что дальше?

- А что?

- Астраханское ханство, незалежная Новгородская республика, Рязанское княжество... Эта дорожка катастрофична.

- Какое прямое отношение к Тобольску имеет Ермак?

- Неподалеку от Тобольска Ермак победил Кучума. Это событие отражено на знаменитой картине Сурикова. Именно тогда и решился вопрос о принадлежности Сибири России.

- Этот вопрос пытаются перерешить?

- Похоже. Местные власти трусят и идут на поводу. Как в Адлере, где убрали памятник основателям русского форта. Это значит, что они не отождествляют себя с Россией. И оказываются по одну сторону с сепаратистской тусовкой, которая наглее и шумливее, чем тихая русская община.

Чем завершится голосование в Тобольске — читайте в «Комсомольской правде» и на нашем сайте kp.ru

Источник: https://www.kp.ru/daily/27257.5/4388548/


На диком бреге Иртыша Ермак не нужен ни шиша?

В Тобольске местные власти всячески препятствуют присвоению имени казака-землепроходца новому аэропорту


На фото: иллюстрация Ермак Тимофеевич, покоритель Сибири. (Фото: ru.wikipedia.org)

В Тобольске происходит редкое, как бы это помягче выразиться… скажем так — свинство. Причем вокруг хорошего дела: компания «Сибур» построила здесь новый аэропорт, современный и классный, а теперь со дня на день должны запустить голосование, чтобы выбрать имя новой воздушной гавани.

Проблема в том, что местные власти почему-то жутко боятся имени человека, без которого не было бы ни русской Сибири, ни самого Тобольска — Ермака Тимофеевича.

В декабре прошлого года уже был аналогичный скандал — тогда люди от местной власти, курирующие Общественную палату Тобольска, пытались вычеркнуть его имя из списка претендентов. Не вышло — подняся шум на местном уровне. В итоге Ермака добавили в предварительный лонг-лист, однако несколько дней назад, когда публиковался шорт-лист, выяснилось, что русского казачьего атамана в списке нет. В него попали архитектор и картограф Семён Ремезов, композитор Александр Алябьев, поэт Пётр Ершов, этнограф МихаилЗнаменский и художник Василий Перов — люди все достойные, но все-таки сделавшие для освоения Сибири несравненно меньше Ермака.

Голосование было тайное, но очевидно, что члены Общественной палаты — люди зависимые и далеко не всегда готовые идти против властей. Никакой внятной информации о том, как проходило голосование в Общественной палате, и объяснений, как Ермак выпал из списка, будто из ладьи на стремнине, нет. Вообще никакой информации, кроме небольшой заметки на сайте региональных властей. Очевидно, что они боятся огласки. Имя Ермака в этом коротком сообщении не упоминается, хотя зачем-то рассказывают, что совет Общественной палаты исключил из списка Дмитрия Менделеева, чьим именем уже назван аэропорт в соседней Тюмени.

Что происходит? Откуда такая историческая избирательность? Неужто дело в ложно понимаемой толерантности?

Личность Ермака вызывает раздражение только у одной немногочисленной, но крайне крикливой группировки — местных националистических организаций сибирских татар. Такие сообщества очень часто получают поддержку не только от этнических структур внутри страны, но и из-за рубежа. В первую очередь речь идет, конечно, о Турции с ее идеей Великого Турана и пантюркизма. Понятно, что память одного из столпов русской государственности оскорбляет тех, кто хотел бы эту самую государственность подточить или вовсе разрушить, а Сибирь отдать какому-нибудь султану.

Удивительно, но на этот раз линия напряжения проходит по Тобольску. У меня вопрос: почему власти учитывают мнение крикливого меньшинства, хотя далеко не всех татар память Ермака как-то оскорбляет? Про русских я вообще молчу. Ермак для Тобольска — как АндрейБоголюбский для Владимира. Более того, куда смотрят местные силовики? Проверяем тех, кто топит против Ермака — вот вам готовые списки потенциальных сепаратистов и агентов турецкой разведки — изучай-раскрывай-получай звездочки в погоны.

Что характерно, эти националистические организации пытаются использовать дискурс «угнетенных народов». Мол, «Ермак пришел и нас обидел, несчастных». Но в России, в отличие от Европы и ее колоний, так не получится. Ведь Сибирское ханство было составной частью Золотой Орды — тех еще угнетателей и империалистов по отношению к многострадальному русскому народу. Так что продвижение на восток и юг в нашем случае всегда имело исключительно оборонительный характер. Татары во все времена прекрасно чувствовали себя на территории России, сохранили свою культуру и прочее.

Властям Тобольска еще не поздно одуматься и вернуть имя Ермака в шорт-лист претендентов. Имя и заслуги казачьего атамана Ермака Тимофеевича по укреплению и защите российского государства трудно переоценить, и мы как потомки не имеем морального права предать его забвению.

 
 

Имя Ермака предали забвению в Тобольске

Коллаж на обложке: Анна Бабич
Коллаж на обложке: Анна Бабич

В Тобольске вспыхнул скандал при обсуждении имени для международного аэропорта, возведённого на средства нефтегазохимической компании «Сибур Холдинг». Местная общественная палата не стала включать в перечень для голосования имя Ермака Тимофеевича – казачьего атамана, который является историческим завоевателем Сибири для русского государства.

В список вошли архитектор и картограф Семён Ремезов , композитор Александр Алябьев , художник Василий Перов , писатель Пётр Ершов , а также этнограф Михаил Знаменский . Официально мотивы решения не включать в этот список Ермака не озвучивались. Однако для Тюменской области это уже не первый скандал, связанный с попыткой увековечить имя покорителя Сибири.

Идея возвести памятник атаману и объявить его отцом-основателем Тюмени и Тобольска натыкалась на сопротивление со стороны отдельных радикально настроенных групп сибирских татар. Опасаясь межнациональных конфликтов, местные власти снимали все инициативы с повестки. Позиция противников личности сибирского завоевателя строится на утверждении, что Ермак подверг угнетению местное коренное население, стерев с карты мира Сибирское ханство, после того как разбил войска хана Кучума . Однако историки придерживаются мнения, что Ермак, присоединив эти малонаселённые земли к русскому государству, напротив, защитил местные племена от самоуправства и разбойничьих набегов. А в своей политике атаман следовал принципам религиозной и национальной терпимости, во многом заложив и укрепив Россию как многонациональное и многоконфессиональное государство, где чтят и уважают культуру и устои самобытных этносов, считают историки.

Картина Василия Сурикова «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем». 1895 год.
Картина Василия Сурикова «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем». 1895 год.

В защиту имени Ермака уже выступил ряд российских деятелей культуры, политиков и историков. В частности, исключением сибирского завоевателя из списка возмутились публицист Егор Холмогоров , писатель Захар Прилепин , депутат Госдумы от Ростовской области Виктор Водолацкий , а также директор Института российской истории РАН, член президиума Совета по межнациональным отношениям при президенте РФ, доктор исторических наук Юрий Петров . Отдельные критики окрестили ситуацию «жутким свинством» и даже попросили проверить версию о пантюркистском турецком следе в этой истории.

Как заявил «Октагону» член областной общественной палаты, краевед, полковник ФСБ в отставке Александр Петрушин , входящий также в тюменскую комиссию по топонимике, он не считает, что имя Ермака кем-то «замыливается», и призывает не усматривать здесь какой-либо подоплёки.

– Что сделаешь, если в результате обсуждения имя Ермака Тимофеевича не попало в список. Я, например, спокойно к этому отношусь. Памятник, кстати, стоит в Тобольске с 1839 года. Хватит ему. Зачем в каждом городе мы опять будем ставить Ермака? Везде ставили Ленина, что получилось, вы знаете. Поэтому давайте будем к этому относится спокойно, – сказал он и попросил не политизировать этот вопрос.

– Кто сейчас помнит, что аэропорт Рощино носит имя Дмитрия Менделеева ? А аэропорт города Сургута чьё имя носит, помните? Не знаете. И здесь так же: если будут летать в Тобольск, никто даже и не вспомнит какое-то имя, – добавил Петрушин.

Презентация строящегося аэропорта во время рабочей поездки губернатора в Тобольск. 10 сентября 2020 года. Фото: официальный портал органов государственной власти Тюменской области
Презентация строящегося аэропорта во время рабочей поездки губернатора в Тобольск. 10 сентября 2020 года. Фото: официальный портал органов государственной власти Тюменской области

В регионе есть силы, которые придают историческим событиям многовековой давности политический и национальный контекст, считает депутат тюменской облдумы от ЛДПР, зампред комитета по социальной политике Глеб Трубин . Парламентарий добавляет, что в десятках мест в России стоят памятники Ермаку и это никого не смущает.

– Видимо, у нас считают, что есть какая-то опасность. Вместо того чтобы сейчас, наоборот, рассказать правду, как-то осветить и гордиться этим именем, мы почему-то такими решениями порождаем ненужное раздражение, негатив, дополнительные социальные волнения. Я, когда в Тобольске бываю, всегда слышу, что люди хотят, чтобы звучало имя Ермака, – подчеркнул депутат.

Председатель Национально-культурной автономии сибирских татар и татар Тюменской области Лейсан Хурматуллина поговорила с «Октагоном» о сложившейся ситуации, однако не стала давать официальные комментарии. Письменный запрос редакции к моменту публикации материала остался без ответа. Неофициально в автономии сибирских татар утверждают, что жёсткая позиция по Ермаку исходит не от них, а от другой, радикально настроенной группы татар, не входящих в состав их организации.

По информации издания, в автономии сибирских татар негласно получили заверения губернатора Александра Моора в том, что имя Ермака никогда не появится в названии аэропорта или в какой-либо другой форме.

В пресс-службе администрации главы региона официальную позицию губернатора не прокомментировали.

Как утверждают источники «Октагона» в региональном правительстве, решение о забвении имени Ермака принято уже давно и эта позиция носит принципиальный характер для властей. Вопросы внутренней и национальной политики в регионе курирует бессменный вице-губернатор Тюменской области Сергей Сарычев , более 20 лет занимающий свой пост.

– Сарычев очень щепетильно относится ко всем вопросам, которые связаны с межнациональной политикой в регионе, – говорят собеседники. – Ермак является мощным раздражающим фактором для сибирских татар, и власти стремятся каждый раз купировать этот вопрос, возникающий на повестке.

Вопросы внутренней и национальной политики в Тюменской области курирует Сергей Сарычев. Фото: Dmitry Tkachuk/URA.RU/TASS
Вопросы внутренней и национальной политики в Тюменской области курирует Сергей Сарычев. Фото: Dmitry Tkachuk/URA.RU/TASS

«Тюменская матрёшка» считается неблагополучным регионом в плане террористических угроз из-за исламского фактора. На днях это в очередной раз подтвердил секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев , проводя совещание в соседнем с Тобольском городе Ханты-Мансийске. Каждый год в большой Тюменской области выявляют и ликвидируют «спящие» ваххабитские ячейки, именно поэтому власти стараются лишний раз не провоцировать радикальные элементы и с особой тщательностью подходят к межнациональным вопросам.

Однако в этот раз руководству области не удалось удержать конфронтацию внутри региона и тема вышла на федеральный уровень. Губернатор Моор попал в непростую ситуацию, которую уже сложно будет замолчать, и на этот раз придётся отвечать на критику, а также задуматься над поиском компромиссов в вопросе, решение которого откладывалось много лет.

Тюмень

Ростислав Журавлёв

Источник: https://zen.yandex.ru/media/octagon_media/imia-ermaka-predali-zabveniiu-v-tobolske-605daabd8ca98126168faafb


 

Атаман Дьяконов: Новому аэропорту Тобольска — имя Ермака!

 

С 29 марта в Тобольске должно начаться народное голосование. Местным жителям предстоит решить — чье имя должен носить новый аэропорт.

В предложенном списке — 5 фамилий известных людей, прославивших Тобольск. Это картограф и летописец Семен Ремизов, композитор Александр Алябьев, сказочник Петр Ершов (автор «Конька-Горбунка»), художник Василий Перов и Михаил Знаменский. Имя казачьего атамана Ермака, с которым связана история русской Сибири, на удивление многих, вычеркнуто. По мнению экспертов, это сделано в угоду национальных сибирских меньшинств.

Распря, возникшая в Тобольске — это не скандал местного масштаба. На наших глазах происходит настоящее предательство Отечества и русской истории.


В списке, который на данный момент предложен тобольскому населению для голосования — славные люди сибирской земли. Но нужно отдавать отчет, что их бы не было, если бы не подвиг великого Ермака, благодаря которому состоялось присоединение Сибири.

Ермак жил в XVI веке. За минувшие века его фигура превратилась в былинную. Он стал русским богатырем, легендой, мифом. Однако, это реальный исторический герой, благодаря которому Сибирь стала частью России. И потому намерение некоторых националистических организаций сибирских татар, которые повлияли на удаление имени Ермака из конкурсного списка я расцениваю как попытку очернить Ермака и уничтожить эту историческую фигуру из русской летописи.

В свою очередь, члены тобольской общественной палаты, вычеркнувшие Ермака тайным голосованием из предложенного списка, пошли на поводу у национального меньшинства, тем самым растоптав русское национальное чувство. Получается, что они пренебрегли своим народом, его национальной честью, памятью своих предков и будущностью России. Расцениваю поступок каждого, кто принял участие в забвении имени Ермака — как предательство.

Русскому духу, преодолевшему не одну битву за святые идеи, хорошо известно, что от трусости до предательства — один шаг. Особенно наглядным это становится в свете Великого поста. В 1621 году архиепископ Сибирский и Тобольский Киприан (Старорусенков) повелел имена Ермака и казаков, убиенных при покорении Сибири, записать в синодик соборной Софийской церкви и заповедовал каждый год в неделю Торжества Православия (первое воскресение Великого поста) в соборе возглашать им вечную память.

И вот теперь тобольские чиновники, не задумываясь, удаляют героическое имя, накрепко вписанное в русскую историю не их рукой.

Федеральные СМИ сообщают, что между властями Тюменской области и некоторыми общественными организациями сибирских татар есть договоренность: не ставить никаких памятников Ермаку, поскольку некие представители татарского местного населения считают его поработителем их народа. В итоги памятники все равно появляются, но только на частных территориях. Это ли не ущемление русского национального достоинства, русской чести?!

Ермак действительно завоевал Сибирь. Именно благодаря ему Сибирь стала частью России. Но приход русских предоставил местному населению шанс вырваться из родоплеменного строя. В край ворвалась цивилизация. Малые народы стали частью огромной и крепкой страны. Россия дала им свою защиту, поделилась своими богатствами и достижениями.

Тут не лишним будет вспомнить похожую историю, случившуюся в Адлере в прошлом году, когда черкесские активисты снесли памятный знак в честь русских воинов, которые основали в этом месте форт «Святого креста». Как писали СМИ, памятник уничтожила черкесская общественная организация, финансируемая западными структурами.

Теперь в скандале вокруг тобольского аэропорта мы наблюдаем очередной эпизод западных сил расколоть Россию на части. Это очевидно, что зарубежные структуры, финансируя узко-национальныеобщественные организации в России, продвигают идею о разделенности народов России, стремясь всех нас поссорить и расколоть нашу многовековую дружбу.

Если мы допустим пренебрежение именем Ермака, то в скором будущем можем услышать и идею об отделении бывшего Сибирского ханства.

Мы, «Союз Казаков-Воинов России и Зарубежья», требуем возврата Ермака в список имен-претендентов на их увековечение в названии нового аэропорта Тобольска. Пусть жители города получат право проголосовать за славного русского атамана, а Россия тем самым не допустит национальной розни и покушения на свою целостность, укрепит связь и дружбу между народами, населяющими ее территорию.

Дадим новому аэропорту Тобольска имя Ермака!

Николай Дьяконов,
Верховный Атаман
Общероссийской общественной организации
по развитию казачества «Союз Казаков-Воинов России и Зарубежья»

Источник: https://vrns.ru/news/ataman-dyakonov-novomu-aeroportu-tobolska-imya-ermaka/ 


 
 
"Гордиться надо, а мы...": Отказавшимся от Ермака чиновникам Тобольска преподали урок истории

26 Марта 2021 15:43

Отказавшимся от Ермака чиновникам Тобольска преподали уроки истории. По словам историков, знаменитый казачий атаман был не завоевателем, а защитником. "Гордиться надо, а мы почему-то порождаем негатив".

В Тобольске разразился скандал после того как местная Общественная палата отказалась включать Ермака Тимофеевича в список великих людей, именем которых могут назвать тобольский аэропорт. Вместо него в перечень попали архитектор Семён Ремезов, композитор Александр Алябьев, художник Василий Перов, писатель Пётр Ершов, а также этнограф Михаил Знаменский.

Тобольские власти не называют причины отказа от использования имени Ермака, однако предположительно такое решение связано с недовольством группы сибирских татар, которые ранее уже выступали против идеи установки памятника атаману.

Как сообщает портал " Октагон ", власти, вероятнее всего, не хотят раздражать представителей малого народа Сибири, которые негативно относятся к Ермаку.

Однако историки утверждают, что поводов для такого отношения нет. По словам специалистов, утверждения, что Ермак якобы угнетал местное население, - это миф. На самом деле он защищал малонаселённые земли от разбойничьих набегов, а в своей политике руководствовался принципами религиозной и национальной терпимости. Во многом благодаря Ермаку Россия стала многонациональным государством, где чтут культуру и обычаи местных народов.

К тому же, утверждают историки, Ермак как никто заслуживает, чтобы его именем назвали местный аэропорт, ведь этот человек стал основателем Тюмени и Тобольска.

Вместо того чтобы рассказать правду, гордиться этим именем, мы почему-то такими решениями порождаем ненужное раздражение, негатив, дополнительные социальные волнения, - отметил депутат тюменской облдумы Глеб Трубин.

По его словам, жители Тобольска хотят, чтобы имя Ермака было на слуху.

Российский журналист и общественный деятель Андрей Афанасьев ранее возмутился тем, что тобольские власти пытаются замести под ковёр имя великого русского казачьего атамана Ермака. Он допускает, что попытки убрать имя атамана могут быть связаны с "шепотками" из-за рубежа.

Источник: https://yandex.ru/turbo/tsargrad.tv/s/news/gorditsja-nado-a-my-otkazavshimsja-ot-ermaka-chinovnikam-tobolska-prepodali-urok-istorii_337394/nsk


 

АЭРОПОРТУ «ЕРМАК» - БЫТЬ!      

        Сегодня я вынужден вновь обратиться к скандальной дискуссии вокруг имени выдающегося русского первопроходца и военачальника Ермака, которая раздувается с 2020 года вопреки желанию и позиции людей доброй воли. Поводом, или, точней сказать, зацепкой для дискуссии послужила инициатива деятелей культуры, представителей бизнеса и общественности Тобольска, Тюменской области и России увековечить имя этого героя в городе Тобольске. То есть, в ключевой точке Сибири, откуда началось освоение Россией Сибири и Дальнего Востока. Попытки эти продолжаются и по сей день. Связаны они с двумя совершенно справедливыми и долгожданными причинами:  

  1. установить в парке «Ермаково Поле» крест в память Ермаковой дружины и
  2. предложения назвать новый аэропорт в Тобольске именем Ермака. 

      И вот, в обстановке, когда мы стараемся сплотиться вокруг национальных святынь, оказывается, что именно «мы и расшатываем лодку». Именно таким кощунственным образом интерпретируются инициативы Аркадия Елфимова, руководителя и основателя фонда «Возрождение Тобольска», по увековечению памяти Ермака Тимофеевича.  

       Главным смыслом дискуссии является попытка сделать спорной историческую фигуру Ермака Тимофеевича, хотя она давно бесспорна для подавляющего числа граждан России. 

      На Чувашском мысу осенью 1582-ого года отряд казаков под командованием Ермака Тимофеевича одержал победу над войском хана Кучума. Происходило это в черте будущего города Тобольска, который и стал первой столицей Сибири. Исторические эти вехи, знаменующие новый этап развития Российской государственности, традиционно вызывали гордость у жителей нашей страны. Ермак наш национальный и государственный герой – образец мужества, и символ нашего первопроходческого импульса на восток. Ермаку поставлены десятки памятников в разных городах России. Внук народного музыканта Василия Вялкова из посёлка Турочак на Алтае носит имя Ермака. Такое же имя носит и сын автора этого очерка. 

      А теперь приведу цитату: 

«Татарская общественность Тобольска и Тюменской области обращается, в частности, к губернатору региона Александру Моору с просьбой остановить провокационные действия инициатора появления монумента, председателя фонда «Возрождение Тобольска» Аркадия Елфимова, «направленные на разжигание межнациональной розни, нарушение стабильности в отношениях между народами в сегодняшних непростых условиях». В письме указано, что в последние годы Елфимовым проводится «активная и упорная пропаганда имени неоднозначного исторического персонажа Ермака, очень настораживает, с каким постоянством он делает выпады в сторону болезненной для коренного населения региона темы, навязывая свое однобокое видение процессов, далеких от исторической действительности». 

      У любого здравомыслящего гражданина России, какой бы  национальности он не был, отвиснет челюсть от абсурдности и бестактности такой постановки вопроса. Человеку, дорожащему единством Отечества, в голову не придёт расшатывать образы национальных героев, подбираться к ним с лукавым эпитетом «неоднозначный», от которого один шаг до слова «сомнительный», следом за которым во всей красе шкандыбает ярлык врага и вредителя. Мы все с огромным уважением относимся к народным, национальным героям – представителям больших и малых народностей страны. Таким, как эвенкийский поэт Алитет Немтушкин, татарский поэт-герой Муса Джалиль. Мы считаем их частью своей души, своего мира, гордимся ими и никогда не позволим себе враждебного отношения к ним. Во-первых они нам дороги, а во-вторых – даже намёк на негативное отношение к ним может быть оскорбительным для наших братских народов - эвенков или татар.  

       Сегодня мы видим – какие настойчивые, постоянные усилия – на самых разных направлениях, прикладываются недругами России с тем, чтобы и её расколоть вслед за СССР. Любая рознь, трещина используется против единства нашей многонациональной общности. Общности, за которую не только русский народ несет свою ответственность.  

    Уникальность нашей цивилизации в том, какие братские отношении сложились между народами, её образующими. Нас спасала от розни память о нашем общем пройденном пути, наших свершений, наших общих могилах. Нас укрепляет уважение к прошлому: никто никому не ставит в упрёк утопленный Батыем в крови древний Козельск.  

    А если вернуться к Сибири, то русские живут почти полтысячелетия, Сибирь давно наш общий дом и нам нечего делить. Поэтому, если нам дорога наша страна как таковая, то давайте будем выше провокационных интерпретаций. А по поводу «болезненности темы» для некоторых – эпитет хороший, и лечить недуг надо сообща и по-доброму – и тогда вместо болезненного отношения к теме Ермака вернётся отношение здравомысленное, ответственное и исполненное человеческого уважения и такта. И люди спросят сами себя: «- А ко времени ли затеяли мы распрю?» 

       Теперь о аэропорте Тобольска.  «Ермак» - именно то название, которое к лицу воздушной гавани первого русского города Сибири.  Оно прекрасно звучит и прекрасно подходит. Казалось бы, как ещё называть, если Тобольск буквально пропитан эти именем. Но почему-то администрация Тюменской области упорно не замечает очевидных вещей и идёт на поводу у сил, которые либо выполняют чей-то разрушительный наказ, либо просто лишены душевной тонкости и способности глубоко и заинтересованно смотреть на вещи.  

    За идеей присвоить имя Ермака аэропорту Тобольска стоит целый ряд людей, внёсших весомый вклад в развитие российской науки, культуры, общественной жизни, люди,  известные не только в России, но и за рубежом:  Ю.А.Петров, директор института Российской истории РАН, И.А.Ломакин, директор Тобольской комплексной научной станции Уральского отделения РАН, А.Г.Елфимов, руководитель фонда «Возрождение Тобольска», Н.Л.Дьяконов верховный атаман Союза казаков-воинов России и Зарубежья, П.О.Толстой, заместитель председатель Государственной Думы, целая группа писателей из различных регионов, актёр Н.П.Бурляев, а также организации: Военно-историческое общество, общественная организация «Офицеры России», движение «Сорок Сороков», Всемирный Русский Народный Собор. Мы обращаемся не только ко всем людям доброй воли, но, конечно, и к тем, на ком лежит право и ответственность принять окончательное решение. 

      Не могу отдельно не сказать об Аркадии Григорьевиче Елфимове. С этим человеком нас связывает дружба, которая помимо совместных издательских проектов зиждется на едином понимании отношения гражданина к своим обязанностям по отношении к Отечеству, его прошлому, настоящему, будущему. Аркадий Григорьевич для меня - пример истинного подвижничества. Можно перечислять различные ипостаси его деятельности: руководитель и основатель общественного фонда «Возрождение Тобольска», книгоиздатель, историк, коллекционер, а можно сказать просто: собиратель Русского мира. Его чутью я доверяю безоговорочно.  

  

    Михаил Тарковский,  

    лауреат Патриаршей Премии по литературе 2019 года  

 

 


 

Казаки всего мира возмущены: власти Тобольска игнорируют Ермака 

 26.03.2021 12:12 

Наследие » Россия 

Общественной палатой Тобольска были предложены для нового аэропорта имена Семёна Ремезова, Александра Алябьева, Петра Ершова, Михаила Знаменского, Василия Перова. 

 Казаки всего мира возмущены: власти Тобольска игнорируют Ермака

Это решение возмутило казаков, не увидевших среди предложений имени покорителя Сибири, легендарного атамана Ермака Тимофеевича. 

По инициативе верховного атамана "Союза казаков-воинов России и Зарубежья" Николая Дьяконова казаки из различных регионов России, а также Финляндии, Германии, Австралии, Швеции, Киргизии, Казахстана, Испании, Италии, Польши направили свои обращения в адрес региональных властей. 

Сам Дьяконов отмечает активность в борьбе с исторической памятью некоторых маргиналов. 

"Мы можем предположить, что подобное стало возможным под влиянием активистов так называемой Национально-культурной автономии сибирских татар и общественной организации татар "Наследие", которые ранее пытались воспрепятствовать установке памятника Ермаку в Тобольске. Данная организация заявляет, что является представителем интересов сибирских татар, однако по факту представляет собой всего лишь малое сборище агрессивно настроенных националистов, пытающихся исказить историю", — говорится в письме атамана на имя главы Тобольска Максима Афанасьева. 

В поддержку присвоения имени Ермака тобольскому аэропорту выступили депутат ГосДумы Пётр Толстой, ряд деятелей культуры и искусства. 

https://nasledie.pravda.ru/news/1606371-kazaki/ 


 

Ермака вычёркивают из исторической памяти 

безусловные вещи, которые на протяжении веков не вызывали ни у кого сомнения, упорно подвергаются пересмотру 

https://zavtra.ru/upl/20000/alarge/pic_5426007f594.jpg

 

Дорогие друзья, с этим письмом я обратился к тоболякам, а теперь обращаюсь ко всем гражданам нашей страны. 

 

Мы, писатели и деятели культуры из разных регионов России, обращаемся к вам как граждане нашей огромной Родины, как братья по доле, как люди, заинтересованные в сохранении наших многовековых традиций и памяти о тех, кому мы обязаны – не боимся этого слова - своим существованием. Мы удивлены, обескуражены, не знаем какое ещё слово-то подобрать... тем фактом, что имя Ермака вычеркнуто из списка претендентов на название нового аэропорта города Тобольска. Ермак — герой России, благодаря которому Россия приросла Сибирью, и нет на Руси города, ближе к этому славному имени, чем Тобольск. Освоение русскими Сибири стало великим благом для многочисленных её братских народов. Русская цивилизация объединила более двухсот национальностей и малых этносов, населяющих нашу обширную территорию, помогла сохранить уникальное разнообразие национальных традиций, одновременно принеся европейское просвещение. Именно Ермаку мы обязаны тем, что живём на сибирской и дальневосточной земле! Неужели вы не согласны с тем, что его имя не только не должно быть вычеркнуто из списка, а должно стоять первым. 

Странные тенденции наблюдаются на нашей земле последнее время, очевидные, безусловные вещи, которые на протяжении веков не вызывали ни у кого сомнения, упорно подвергаются пересмотру, словно кому-то нужно вычеркнуть из народной памяти и наши свершения, и дорогие сердцу имена. Уважаемые тоболяки, братья и сестры, давайте скинем с глаз пелену и посмотрим на происходящее со всей ответственностью за происходящее. Кому как не вам, сказать решающее слово в прекрасном деле увековечения памяти Ермака. Давайте вместе скажем: аэропорту «Ермак» быть! Любо! 

Мы живём во времена, когда идёт не только плановое убийство образования, медицины и тому подобных важнейших областей, но когда главной задачей поставлено стереть историческую память. А именно, сделать так, чтоб был забыт определённый круг героев. Один из таких знаковых персонажей - это Ермак Тимофеевич - символ русского движения в Сибирь. Действительно если бы не он, то как знать – возможно, многие земли оказались бы под Китаем, Японией, не знаю ещё под какими странами, но скорее всего однозначно у них были бы другие хозяева. Поэтому с точки зрения новых идеологов Ермак это та фигура, память о которой будет вычёркиваться в первую очередь. Символично, что пока мы спорим о том, чьим именем назвать тобольский аэропорт, Чехия лоббирует установку памятников тем, кто участвовал в кровавом походе 1918 года, в восстании Чехословацкого корпуса. Да и ещё много всего происходит… Поэтому, дорогие братья и сестры, задумайтесь о происходящем. Сейчас действительно всё зависит только от нас. Я уверен, что историческая справедливость будет восстановлена, и стыдно будет, когда окажется, что именно ты в своё время не сказал нужного слова, не отстоял, не защитил. 

https://zavtra.ru/blogs/ermaka_vichyorkivayut_iz_istoricheskoj_pamyati 


Комсомольская правда 

Союз Казаков-Воинов России и Зарубежья 

25.03.2021  в 21:39 

ЗА присвоение имени Ермака Тобольскому аэропорту 
 
Как Ермак оказался слишком нетолерантным для Сибири 
 
Публицист Сергей Мардан напомнил историю казачьего атамана. 
 
История, случившаяся летом в Адлере, где черкесские активисты снесли памятный знак в честь русских солдат основавших этом месте форт «Святого креста», на этот раз повторяется в Тобольске. Там тоже герои русской истории показались местному начальству слишком нетолерантными, «токсичными» и разрушающими единство «многонационального народа Российской Федерации». 
В Тобольске со дня на день должны запустить голосование по выбору имени для нового аэропорта. Однако, случилось так, что имени человека, без которого не было бы ни русской Сибири, ни Тобольска в списке не оказалось. Речь идет - о казачьем атамане Ермаке Тимофеевиче. 
Скандал стартовал в декабре прошлого года. Тогда местные власти в первый раз попытались вычеркнуть имя Ермака из списков. Но не получилось. История получила широкую огласку и Ермака добавили в предварительный лонг-лист. Однако, несколько дней назад, когда публиковался шорт-лист кандидатов, выяснилось, что русского атамана в списке нет. 
То, что личность Ермака вызывает у кого-то раздражение удивительно уже само по себе. 
 
Казалось бы, в русской истории очень немного действительно ключевых героев, имена которых неотъемлемы от самого культурного кода народа. 
Ермак, в этом смысле фигура вообще уникальная. 
Человек, который жил относительно недавно, всего лишь в 16 веке, и которого от эпохи имперской России Петра Великого отделяло всего 2-3 поколения, стал фигурой мифологической и поистине былинной. 
Образ Сибири в русском сознании от Ермака - неотделим. А Сибирь к 20 веку стала совершенно неотделима от образа России. Не только мы так ее себе представляем. Так Россию представляет себе весь мир. 
Раздражение Ермак вызывает только у одной немногочисленной, но крайне крикливой группировки - местных националистических организаций сибирских татар. 
Особенно примечательна активность татарских активистов на фоне небывалой культурной экспансии Турции, которая открыто и последовательно продвигает идею Великого Турана. Амбиции турецких политиков простираются не только на территорию бывшей Османской империи, но и на огромные куски современной России. Сибирь в том числе. 
Местные тобольские начальники, кажется, пребывают в «интернациональном» ступоре со времен СССР с его «новой политической общностью - народом Советского Союза». В этой общности нет никаких русских, нет никакой русской истории и нет никаких русских национальных героев. 
Трусость, двоемыслие, карьеризм - только эти вещи могут объяснить (и почти всегда объясняют) совершенно непостижимое отсутствие у чиновников элементарного здравого смысла. У них так же, к сожалению, то ли отсутствует, то ли атрофировано и всякое национальное чувство. 
Они гонят его от себя как что-то опасное, страшное и стыдное. Хотя, это тоже самое, что помнить о своей семье. Знать - где ты родился, чью фамилию ты носишь и где похоронены твои предки. 
Все бы ничего. Люди и не с такими особенностями живут. Но, от трусости до предательства всегда буквально - один шаг. 
Сегодня - готовятся предать Ермака. Завтра - предадут Россию. 
Автор: Сергей МАРДАН 
ИСТОЧНИК KP.RU 
 
#ТОБОЛЬСК#ЕРМАК#СКВРИЗ#казак#казачество#Мывместе#Мыедины#Армия#АрмияРоссии#патриот#история 

 


Союз Казаков-Воинов России и Зарубежья 

вчера в 21:23 

Действия 

ЗА присвоение имени Ермака Тобольскому аэропорту 
 
Тобольский сговор: к чему приведет спор о Ермаке 
 
(Материал от издания "Вечерняя Москва") 
 
Еще недавно россияне всей страной смеялись над сумасшествиями, которые творились в США из-за начатого либерал-фундаменталистами пересмотра истории. Крутили пальцами у виска, когда американцы по требованию особо продвинутых негров из расистского движения BLМ сносили памятники не кому-нибудь, а отцу-основателю американского государства Джорджу Вашингтону за то, что он был рабовладельцем. Призывы отдельных американских экспертов перестать переносить на XVIII век нормы и мораль рафинированного XXI столетия потонули в, извините за грубость, «толерастии» и политкорректности. Под вой активистов американцы демонтировали не просто памятник, они обрубали корни своей истории, своей идентичности. Уничтожали свое общество, чтобы на его обломках создать стадо манкуртов, которое легко вести и которым легко управлять. 
Смеялся над этими самоубийственными шагами и я. Смеялся и даже в мыслях себе представить не мог, что такое начнется в России. Что власти тоже пойдут на пересмотр истории в угоду узкой группе нацменьшинств. А они пошли. Речь не о скандальной «Зулейхе»: порыв отечественных интеллигентишек оболгать и очернить советское прошлое есть давний порок, неистребимый до тех пор, пока на их проделки выделяется госфинансирование. Речь о властях Тобольска, пошедших на поводу у местного аналога BLM. Объясню... 
Недавно в России началась кампания по присвоению имен известных людей городским аэропортам. Население голосует за один из предложенных вариантов, после чего вариант уходит на утверждение. Так произошло и в городе Тобольске Тюменской области. Местная общественная палата тайным голосованием выбрала пять вариантов: знаменитый исследователь Сибири Семен Ремезов, композитор Александр Алябьев, поэт Петр Ершов, этнограф Михаил Знаменский, художник Василий Перов. Однако многие были удивлены: почему в этом шорт-листе нет самого знаменитого в этих краях человека — атамана Ермака Тимофеевича, с которого началось присоединение Сибири к России?  
Когда узнали причину, то удивление переросло в негодование. Оказывается, по данным агентства «Ура.ру», между властями Тюменской области и общественными организациями сибирских татар есть договоренность: никаких памятников Ермаку, которого отдельные татарские интеллигенты считают поработителем их народа, быть тут не должно. Попытки нарушить эти договоренности приводят к скандалу, поэтому отдельные жители вынуждены ставить монументы великому человеку на своей, то есть частной территории. 
Кому-то, возможно, позиция тюменской власти покажется правильной и политкорректной. Ермак ведь Сибирь действительно завоевал. Ну да, приход России дал местному населению шанс вырваться из родоплеменного строя, подарил цивилизацию и шанс нормально жить... Но какое это, казалось, имеет значение, раз произошло путем завоевания? Однако если посмотреть на ситуацию шире, то соглашательская позиция тюменских властей как минимум тянет на профнепригодность, а как максимум — на госизмену. Она создает крайне неприятный прецедент, грозящий общероссийскими последствиями. 
Ни для кого не секрет, что часть наших западных партнеров спит и видит, как бы им расчленить Россию, продолжить цепную реакцию распада после дезинтеграции Советского Союза. Подготовка к процессу активно шла в 90-е годы — именно за счет стимулирования национального сознания на окраинах страны. Кое-где, например, на Кавказе, процесс уже пошел. Да, с приходом Владимира Путина он был остановлен, и с тех пор Россия даже приросла территориями — тем же Крымом. Это, впрочем, не остановило западных партнеров: они продолжают свои попытки, действуя через финансирование общественных организаций из числа нацменовской интеллигенции. Пытаются продвигать нарратив о том, что народы Российской Федерации были оккупированы Москвой, что долг каждого нацмена-патриота — бороться против этой оккупации. 
Получается, что власти Тюменской области играют в интересах западных партнеров. Своими действиями (а точнее, бездействием и соглашательской политикой) они лишь подтверждают и легитимируют этот нарратив, делают его частью официальной российской политики. Не понимают (или делают вид?), что следующим логичным шагом за признанием факта оккупации будет требование о деоккупации — освобождении бывшего Сибирского ханства, выхода его из состава России. А дальше примеру сибирских борцов за независимость и историческую справедливость могут последовать и другие народы Российской Федерации. 
Именно поэтому реакция федерального центра в этой ситуации должна быть не просто жесткой, а показательно жесткой. Чиновники, ответственные за соглашательскую политику по Ермаку, должны искать себе другую работу за пределами госсектора. А памятники завоевателю Сибири в области должны устанавливаться — и начать нужно с имени аэропорта. Причем не называть его в честь атамана решением сверху: нужно лишь включить его в шорт-лист. Пусть население само проголосует за Ермака Тимофеевича и покажет, что фанатов BLM из числа нацменовской интеллигенции в регионе на самом деле явное меньшинство. Время еще есть: голосование начнется 29 марта.Автор: Геворг Мирзаян 
Источник: https://yandex.ru/turbo/vm.ru/s/opinion/870728-tobols.. 


 

 

 


Михаил ТАРКОВСКИЙ. ЗАДУМАЙТЕСЬ О ПРОИСХОДЯЩЕМ! Историческая справедливость будет восстановлена

 

 

Дорогие тоболяки!

Мы живём во времена, когда идёт не только плановое убийство образования, медицины и тому подобных важнейших областей, но когда главной задачей поставлено стереть историческую память. А именно, сделать так, чтоб был забыт определённый круг героев. Один из таких знаковых персонажей – это Ермак Тимофеевич – символ русского движения в Сибирь.

Действительно если бы не он, то как знать – возможно, многие земли оказались бы под Китаем, Японией, не знаю ещё под какими странами, но скорее всего, однозначно у них были бы другие хозяева. Поэтому с точки зрения новых идеологов Ермак – это та фигура, память о которой будет вычёркиваться в первую очередь.

Символично, что пока мы спорим о том, чьим именем назвать Тобольский аэропорт, Чехия лоббирует установку памятников тем, кто участвовал в кровавом походе 1918 года, в восстании Чехословацкого корпуса. Да и ещё много всего происходит…

Поэтому, дорогие братья и сестры, задумайтесь о происходящем. Сейчас действительно всё зависит только от нас. Я уверен, что историческая справедливость будет восстановлена, и стыдно будет, когда окажется, что именно ты в своё время не сказал нужного слова, не отстоял, не защитил. 

 

ОТ РЕДАКЦИИ:

Обращение Михаила Тарковского к жителям Тобольска по поводу запрета обсуждения имени Ермака в числе имён, которые претендуют на название городского аэропорта, не глас вопиющего в пустыне. Это реакция известного писателя на «вычёркивание из списка» – звено в цепи событий вокруг освобождения от клеветы памяти о герое истории вхождения Сибири в Россию.

Уникальной истории вхождения – без геноцида, грабежа и даже дискриминации в Русский мир многих народов и необозримых земель; истории, не имеющей аналогов нигде и никогда. Предыдущим поводом для агрессии антиисторических, в данном контексте – и русофобских сил явилось установление Памятного креста Ермаковской дружине Аркадием Елфимовым, что якобы могло оскорбить память сибирских татар. Это потомков тех, кто самоотверженно воевал за Россию 400 лет? Тех, чьи имена учёных, деятелей культуры и государственных деятелей навсегда есть слава России? Тогда многие писатели, прежде всего сибиряки, выступили против клеветников и организаторов националистической провокации, поддержав пример личного государственничества Аркадия Елфимова. В числе тех выступлений и статья Василия Дворцова, которую стоит напомнить тем, кто принимал решение о «вычёркивании» Ермака (https://denliteraturi.ru/article/5650). 


Василий ДВОРЦОВ

НАМ НУЖНА ИМПЕРСКАЯ ИСТОРИЯ

Поклон Кресту «Казакам дружины Ермака от благодарной России»

 

Герои образуют время. Герои олицетворяют время. Герои и есть время.

Неразрывность исторической памяти народа – непрекращающийся перечень своих героев, чьи имена как узелки на молитвенных чётках, с которыми народ предстоит Богу, творящему «присно с нами великая же и неисследованная, славная же и ужасная, их же несть числа». Кого же народ молитвенно поминает в своё оправдание перед Творцом, Царём и Судией? Только лишь тех, кто «витязь, храбрый воин, доблестный воитель, богатырь, чудо-воин»? Нет, конечно же, шире – «доблестный сподвижник вообще, в войне и в мире, самоотверженец» (Толковый словарь живаго великорускаго языка В.И. Даля).

Само-отверженец… Самоотвержение вмещает, накрывает собой и подвигратника, и подвижничество инока, и надсаду оратая. Самоотверженность собирает всех лично, индивидуально, без разделения на сословия и землячества, национальности и верования, ибо самоотверженность есть изначальность, личностная способность, психозаданность конкретного человека на самоотдачу, на самопожертвование.

Жертвование собой. Жертва – чему? Кому? За что?.. «Наша философия должна быть философией Родины и Жертвы, а не какой-то там отвлечённой, головной и никому не нужной "теорией познания" или "учением о бытии или материи"» – в своём удивительном завещании русским философам Алексей Фёдорович Лосев жёстко спостулировал: «Родина требует жертвы. Сама жизнь Родины – это и есть вечная жертва. … Я многие годы провёл в заточении, гонении, удушении, и я, быть может, так и умру, никем не признанный и никому не нужный. Это жертва. Вся жизнь, всякая жизнь, жизнь с начала до конца, от первого до последнего вздоха, на каждом шагу и в каждое мгновение, жизнь с её радостями и горем, с её счастьем и с её катастрофами есть жертва, жертва и жертва». И укрепил-утешил: «Жертва же в честь и во славу Матери Родины сладка и духовна. Жертва эта и есть то самое, что единственно только и осмысливает жизнь. … В самом понятии и названии "жертва" слышится нечто возвышенное и волнующее, нечто облагораживающее и героическое» (А.Ф. Лосев, «Родина»). «Жертва» – «героическое».

Слова «подвиг» и «подвижничество» своей однокорнёвостью выводят на русское историческое понимание равенства жертвы «кровью» и «потом», и это жертвенное равенство жизни-смерти в сознании нашего народа свидетельствует о духовном его виденьи феномена героизма. Духовном, то есть, если не отрицающем вовсе, то предельно принижающим значение материальных выгод от совершения подвига. Ведь, если не единственное, то главное в героизме – в кратком на поле боя или многолетнем в келье или лаборатории – победа над злом, над пороком и грехом.

Такое виденье есть результат тысячелетнего воцерковления Руси-России, тысячелетия христоподражания русских народов. Религиозность как личностного, так и общественного сознания, проверенная и утверждённая неимоверными искушениями и немыслимыми испытаниями, отразилась в оценочных канонах, в числе прочего безапелляционно выцеживающих жития из биографий. Из порой феерично ярких, перенасыщенных событиями судеб князей, воевод, зодчих, рударей, законодателей, словесников, первооткрывателей и первопроходцев народ безошибочно определяет – кто вправду является знаком-узелком на его молитвенных чётках, кого следует поминать в своё оправдание перед Творцом, Царём и Судией. Народ узнаёт героя даже под спудом юродства, узнаёт его в самом «неудачливом» и «неуспешном», в ребячливом и дурашливом, и самый дорогостоящий пиар не затемнит, не отведёт глаз народного сердца: жертвенность есть устремлённость к святости, её главный и неизменный образчик – крестный путь на Голгофу.

 

Темы подвига и героизма без устали разрабатываются философией, психологией, социологией, этикой и культурологией. И рассыпаясь на бесконечное число определений, исследователи, при всём, равно согласны, что понятие подвига и совершающего подвиг героя оценочно связаны с моралью, с убеждениями, идеалами конкретных культур в конкретные эпохи. Отсюда вопрос-проблема наследования национальной культуры при переменах этих самых эпох. Оставаться народом, нацией, нести цивилизацию через любые социальные, политические, технические и научные революции, экономические скачки и переломы, попадая под великие переселения и географические открытия, сохранять и развивать самобытность под прессом глобалистской унификации – проблема культурной самоидентификации, кроме прочего, связана и с нарастающим объёмом знаний, в геометрической прогрессии накапливаемых каждым поколением. Как сосредоточить-сконцентрировать, во что сублимировать национальный опыт, в какие базовые элементы свести, оформить всё множащееся количество фактов, событий, открытий; что это за минимальные по объёму и максимальные по насыщенности информационные и одновременно идейно-эмоциональные блоки, которыми возможно продолжать национально-культурное домостроение?

Эти кирпичи-атомы, базовые элементы – образы. Эстетические и художественные образы устной и письменной литературы, наскальной и салонной живописи, колядки и кантаты, воплощающие общее в единичность, соединяющие чувственное и рациональное, эстетизирующие этическое – образы в своей взрывной сверхконцентрированности содержания неизбежно герметически замкнутые внешне, закодированные символами конкретной культуры.

Образы можно определить как творчески отражённое возвращение платоновских идей-эйдосов в идейное поле истинного бытия после народного опыта их воплощения в мире чувственном. При этом являясь результатом авторского, личного творчества, образы, в отличие от головных тропов, – результат соработничества ума и сердца, плоды труда умного сердца. Образы, как и эйдосы, совершенно разновелики и разновесомы: образ золотого века и образ солярной круговерти, образ матери и образ прародины, образ отечественной войны и образ врага, образ справедливого отца-царя и образ героя эпохи строительства коммунизма – каждый запечатленный искусством образ запечатывается символом. Так что за пределами конкретной культурной традиции полноценное раскрытие символов-образов практически невозможно, они есть память конкретного народа, в них самобытность нации, самобытие цивилизации.

Как бы мы ни восхищались величием южноамериканских ступенчатых пирамид, цветовой гаммой вавилонских и египетских фресок, анатомичностью античной скульптуры и изыском китайских рисунков – то лишь профанное скольжение в чувстве общей гармонии «золотого сечения» и «цветовых треугольников». Художественно оформленные в образы смыслы и чувства впечатляются в генетическую память: культура так же влияет на генетику, как и климат, как и образ кочевой или оседлой жизни, и богатство или бедность хранимого народом мелоса свидетельствует о его, народа, древности или молодости. Беда, когда на переломах эпох сам народ теряет ключи понимания к собственным образным кодам, когда по злой воле и собственной беспечности он обрывает свою художественную традицию культурного воспроизводства и амнезирует, не узнавая свою историю. Так литературный процесс – процесс национального самосознания – не должен прерываться ни в одном поколении: нация непрестанно формируется языком и форматируется литературой. Обрыв – и второй шанс невероятен.

Если катастрофическое пресечение национального самобытия имеет себе оправдательную редкость вселенских катаклизмов, то постепенная и постоянная (!) утрата кодовых культурных ключей должна быть подсудной. Общество строит своё государство, как нация свою церковь, посему государственная ответственность – внешняя и внутренняя защита территорий и населения, экономическая стабильность и социальная справедливость согласно общественной морали, которую государство и поддерживает как базовую основу самосохранения. Но, как показывает опыт, сохранение национальных культурных кодов государству лучше не доверять: слишком оно изменчиво, слишком зависимо от тактических интересов внешней политики, подчинено экономическим превратностям политики внутренней, а ещё время от времени власть предреволюционно вступает в конфликт со своим народом, меняя или раздваивая мораль. Надёжное владение кодами-ключами от фундаментальных образов национальной памяти – функция сверхответственная, то есть – религиозная. Культура – реализация культа, и только церковь способна – и потому обязана – отвечать за всеобщую, всеобъёмную доступность памяти нации для нации. Люблю цитировать явно не клерикала Николая Бердяева («Воля к жизни и воля к культуре»): «Культура связана с культом, она из религиозного культа развивается, она есть результат дифференциации культа, разворачивания его содержания в разные стороны. Философская мысль, научное познание, архитектура, живопись, скульптура, музыка, поэзия, мораль – все заключено органически целостно в церковном культе, в форме ещё не развёрнутой и не дифференцированной».

Понятно, что хранение ключей – не владение амбарами, и мы здесь говорим не о материальных носителях культуры – о музейных ансамблях, о собраниях живописи и библиотеках, о концертных залах и исторических парках. И мы говорим о церкви не как о мистическом единении верующих, не о Церкви-организме – теле Христовом, а о церкви-организации – мы говорим о социальном институте, в силу своей природной, принципиальной консервативности, идейной статичности, имеющем возможность поддерживать мосты понимания через два-три-пять-восемь и более столетий. При этом неколебимость религиозного мировоззрения распахивает двери не только в смыслы и чувства средневековья, она единственно даёт правильную возможность вводить в эту непрерывность долгой памяти и современность. И, прежде иного, не столь давние героические события, образы которых оказались в неожиданной, немыслимой ещё тридцать лет назад нечитаемости, нераскрываемости при живых участниках и свидетелях.

Так сегодня только традиционно-религиозное осмысление трагедийности Великой Отечественной (как первым её в июне 1941 года назвал митрополит Сергий) войны с её гекатомбами народных жертв может вывести нашу национальную мысль из ловушки, простроенной русофобами для материалистического сознания. Материалистическое сознание не видит, не читает, не раскрывает образ непредставимо гигантских потерь от фашистской агрессии как общенародную духовную жертву своей Родине («Жертва же в честь и во славу Матери Родины сладка и духовна»), и потому неизбежно скатывается к трактовке миллионов, миллионов и миллионов погибших в боях, в плену, в рабстве, под бомбами, от ран, болезней и голода – как некоей числовой мере выгоды или невыгоды свершённого народами СССР подвига. Для материалистического сознания, выпавшего из ограничений (и, таким образом, защиты) советской идеологии, лишённого опоры на советскую мораль, уже совсем не видится подлости, мерзости всё более активно внедряемой либералами мысли о том, что Россия слишком дёшево отдала столько жизней своих солдат, детей, матерей, не получив достаточного хабара. «Разного рода писаки, испорченные дурными книгами, неизученной наукой и обнаглевшей жизнью, учили нас о любви в бранных выражениях. Бескорыстная любовь всегда находила для себя осмеяние, презрение, издевательство у людей "науки", "культуры", "цивилизации". Какое это подлое вырожденство, какой духовный и социальный развал, какое ничтожество и слабоумие!» (А.Ф. Лосев, «Родина»). Об этом же у А.С. Панарина («Страхи властвующих как фактор стратегической нестабильности»): «Наша реакция на очередной "обман века" может быть смоделирована по двум разным законам: политического реализма и мистического парадоксализма. Но следует сразу же оговориться, что политический реализм, оторванный от нашей мистико-мессианской традиции, неотвратимо вырождается в капитулянтство (курсив мой – В.Д.) перед "реальной силой"». Увы, ловушка сработала, и ответно материалисты-патриоты начали с калькуляторами в руках всерьёз спорить с материалистами-либералами о том, сколько с какой стороны было убито и покалечено, какая промышленность была обрушена, какие контрибуции способны были бы окупить оплаченное и утраченное.

Для нерелигиозного сознания образ Великой Победы никогда не сможет быть раскрыт, никогда не будет развёрнут как образ Православной Пасхи. И потому-то атеисту закрыт истинный смысл Крестных страданий России. Более того, нерелигиозное сознание никогда не поймёт своей моральной обречённости после недолгого идейно-пассионарного энтузиазма общественного богоборчества «покорения природы» угасать и распыляться в пошлость-подлость «выгод», «благополучия» и «успешности» в «обстоятельствах». Ибо атеистическая мораль заземлённо, приземлённо приспособленческая, и раньше или позже она оправдательно адаптируется хоть под военный коммунизм, хоть под развитой социализм, хоть под дикий капитализм. Этой своей привязанностью, поклонением духу времени общественная мораль периодически входит в конфликт с личной совестью – непреложным голосом вечности, и порождает цинизм. Если правы филологи и психологи, и понятие «совесть» не существует за пределами русского языка и русского сознания, то как кому объяснить, почему мы, русские, не можем зарабатывать, искать прибытка на памяти пережитого геноцида по примеру пропагандистов холокоста. Ответ торговцам и менялам списков убитых во Второй мировой – наш Бессмертный полк.

 

Итак. Художественные образы своего времени – базовые элементы национальной памяти, запечатаны символикой национальной культуры. Культура – реализация культа, поэтому ключи к пониманию символов, к смысловому и чувственному раскрытию образов нация хранит в своей религии. Для атеистического сознания эти ключи к смыслам и чувствам пережитого народом теряются с каждым изменением государственной идеологии и обслуживающей идеологию морали. И последнее уточнение о морали: кроме личной совести, напоминающей о личной вечности и призывающей к оценке собственной деятельности и всего окружающего с точки зрения вечности, наши мысли и поведение коррелируют не только общепринятая мораль, но и, если мы религиозны, – страх Божий. «Начало премудрости страх Господень» – без этого высшего страха человек подчинён страхам низшим. Как же меня в своё время поразили слова святого Амвросия Медиоланского: «Если кто боится Бога, тот уклоняется от заблуждений и направляет стези свои на путь добродетели. Если же кто не боится Бога, то не может отказаться от греха». Не может отказаться.

 

Прошлое в нас. Прошлое – это мы, творящие будущее. Чем больше в человеке прошлого – прошлого нации и государства, прошлого церкви и культуры, прошлого семьи и рода, да соединённого с личным опытом, тем он сильнее, рассудительнее и милостивее. Полномерная, целомудренная, могутная и добродетельная – развитая до святости личность есть вершинная цель нации, её идея. И эта идея изначальна, она до- нации, пред- нацией, она есть высшая, главная её первозадача, промысел её породивший, ведь «идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности» (Владимир Сергеевич Соловьёв, «Русская идея»).

Воспитанием, образованием, созиданием личности занимаются и семья, и улица, и сословие, и государство, и церковь. Ну, и враги – враги семьи, государства, церкви. Страшнейший удар «русская идея» получила в 19 веке, когда элитарное воспитание Российской Империи оказалось если не под контролем иезуитов, то под сильным их влиянием. Пригретые Екатериной взамен на признание орденом раздела Польши 1772 года, что отсрочило фронду магнатов против Российского престола, иезуиты пережили папские общеевропейские запреты в Беларуси, а при Павле активно стали осваивать Россию при помощи учебных заведений и гувернёрства. В 50-е годы XIX века протоиерей Иоанн Рождественский писал: «Уж если бороться с иезуитами, так… с интриг секретных внутри России. Лукавый дух у нас гнездится везде, от канцелярии Синода до бурятской кибитки, и всюду приносит плоды…». Плоды просвещения. Образования. Точнее – воспитания.

Когда в 1707 году Общество Иисуса открыло в московской Немецкой слободе свою первую школу, в неё стали принимать мальчиков не только из слободских католических семей. Юные Апраксины, Лопухины, Головины обучались в ней геометрии, астрономии, латинскому и немецкому языкам, химии и другим европейским премудростям. И потому выросли совершенно искренними адептами петровских революций. Что, впрочем, в своё время не помешало Петру Алексеевичу иезуитов, уличённых в проавстрийских интригах, изгнать и школу закрыть. Одним петровым махом.

Элитное светское образование – главная канализация иезуитов во внутреннюю жизнь государства и народа, на территории которых они оказались. С последующим на эти государства и народы орденским влиянием. И конечной их, государств и народов, перестройкой под нужды Ордена. Пусть «идеальное» государство-карцер в Парагвае остаётся опытом Запада, но свои уроки заучили и славяне: что было с Польским королевством и Литовским великим княжеством при Батории, что случилось с Хорватией в начале двадцатого века, и что теперь происходит на Украине.

Именно с подачи иезуитов наша историография приобрела и закрепила скепсис по отношению к государствообразующей роли православия, заложив конфликт несхождения в фокус виденья национальных героев элитой и народом. Выученик И.Шадена и И.Шварца, сам преподававший в иезуитском колледже аббата Николя, Николай Михайлович Карамзин о Ермаке («История государства Российского»): «Это таинственная и мрачная личность, одним именем своим внушавшая ужас, был человеком без роду и племени. Ни один народ не может нести за него какой-либо нравственной ответственности». Именно «благодаря» иезуитам в первой четверти девятнадцатого века в российской исторической науке сложилась парадигма, в которой даже монархист Карамзин, а уж тем более последовавшие за ним либерал-демократы Костомаров, Соловьёв, Ключевский рассматривали историю России исключительно с материалистической точки зрения – с позиций обязательного для всего человечества культурного и технического прогресса.

Парадокс, но русские историки буквально развивали иезуитскую ненависть к православию «византійско-татарскаго государства, въ которомъ религія была только орудіемъ для ни передъ чѣмъ не останавливающагося деспотизма» (Станислав Заленский, «Общества Іисуса»). Какие бы движущие силы истории не брались – великие князья или сословия, племена или ландшафты, производственные отношения или брачно-военные союзы – логика российских событий упорно простраивалась вне доминанты русской жизни – православия. То есть, жадность, зависть, страх и секс – исторически оправданные мотивации, а любовь к Богу и любовь к ближнему – бред.

Отказ в приоритете религиозных убеждений для принятия судьбоносных решений государственными деятелями был перенесён с царей на героев войн и трудов, и всенародная религиозная рефлексия на нашествие антихриста и жертвование собой во имя изгнания лжецаря оставлялась «простому» «неразвитому» сословию. Естественно, эта атеистическая установка была радостно подхвачена и продолжена в советский период, один только Сергей Бахрушин отработал так, что даже для домохозяек стало «само собой»: Иоанн Васильевич Грозный – сумасшедший упырь, его сын Фёдор Иоаннович – слабоумный, Павел Петрович – просто дурак, а Николай Александрович – безвольный подкаблучник. А уж как в этом уверены профессора, режиссёры и библиотекари!

 

Ещё момент: образ народного героя, то есть, героя абсолютного с религиозной точки зрения, – образ развитой до святости личности, всегда неудобен для политического использования, ибо политика рекрутирует земными, прагматическими целями. И потому политизация российского общества за последние двести лет все эти двести лет активно провоцирует искажения восприятия исторических образов.

 

Одним из примеров неоднократного изменения-искажения образа народного, т.е. православного русского героя, ставшего символом жертвенного служения Родине до смерти, с попытками приспособить его имя для сиюминутной «общественной пользы», стал Ермак-Василий Тимофеевич Оленин.

Ермак исторический предельно не годен для питающейся конфликтами политики. Никакой конфликтности: ни для политики национальной – сын великоросса и вогулки, по смерти почитаем равно всеми сибирскими племенами как «святой»; ни для социальной – простолюдин, поднявшийся воинским трудом в сотники с титулом «боярский сын»; ни для экономической – служил царю не как наёмник, а верой и правдой. И в узелки народной памяти его сразу определили как героя православия, чей подвиг более служилое подвижничество, чем ратная дерзость. Так что ещё в 1621 году первый епископ Сибири Киприан (Старорусенков) повелел имена Ермака и казаков, погибших от рук кучумовцев, записать в синодик соборной Софийской церкви, и каждый год в неделю Торжества Православия возглашать им вечную память.

Впервые Ермака попытались использовать в своих интересах авторы масонской литературы (по определению Ю.М. Лотмана «декабристской литературы»). Так под пером больного честолюбца и русофоба Кондратия Рылеева, уверенного в том, что «в мире не существует хороших правительств, за исключением Америки», народный герой Ермак из православного слуги православному государю вдруг превратился в такого же, как автор тщеславного безумца:

Ко славе страстию дыша,

В стране суровой и угрюмой,

На диком бреге Иртыша

Сидел Ермак, объятый думой...

------------------------------------------------

...С рассветом глас раздастся мой,

На славу иль на смерть зовущий...

--------------------------------------------------

...В мечтах напомнит славу он...

Александр Сергеевич Пушкин о рылеевских «думах», как во всём, гениально: «Национального, русского нет в них ничего, кроме имён». И понятно, Пушкин имел ввиду не силлаботонику: Кирша Данилов великолепно сымитировал народную былину, но тоже не поймал главного – религиозную основу русской идеи самопожертвования Родине.

Страсть тщеславия, как главный стимул «взятия Сибири», приписываемый Ермаку аристократами начала века девятнадцатого, будет аукаться даже в советском двадцатом, где в псевдоисторическом романе Василия Гнутова «Подвиг Ермака» герой закликает казаков-разбойников: «…в Сибири мы найдём кров и пищу, и славу добудем!». «Славу», как же без неё казакам, особенно современным! Однако уже к середине капиталистического девятнадцатого века российскую литературу, которая у нас выполняла роль социально-философских и политических трибун, захватывали демократы-разночинцы. Вызревавшая классовая идеология требовала иных мотиваций для подвига. Теперь смерть за пределами «беспросветной царской тирании» полагалась не ради славы, а как побег из-под власти кровавого безумца в свободу. Параллельно с ложью о герое-либерфиле сотворялась ложь о «природных свободах» на имперских украинах. Ложь наглая, ибо в реальности того времени эти граничные украины жили работорговлей и уголовной деспотией.

Либералам-террористам для бомбометания и стрельбы в невинных людей тоже требовалось идейное обеспечение, и образ Ермака из славолюбца – через своевольника – перелицовывался в образ откровенного бандита, сливаясь с антихристом Стенькой. Надо понимать, что в России противостояние церкви и уголовного мира, организованного по законам ада, было принципиальным. Бунты и терроризм обязательно сопровождались кощунством – и Хлопок Косолап с Илейкой Муромцем, и Разин, и Пугачёв сладострастно глумились над святыней, оскверняя алтари, избивая и убивая священников и их родственников. Что уж говорить о зверствах большевиков, собравших в рядах своих чрезвычаек и уголовников, и сектантов. И ещё: не надо атеистам даже пытаться конструировать образ (!) мыслей человека церкви, ничего не получится. Более того, до какой же подлости и пошлости опускаются историки и литераторы в своём обслуживании политики – у искренне коммунистического писателя Евгения Фёдорова Ермак, как бунтарь-уголовник, просто обязан «подломить» монастырь в поисках игуменской казны. Иначе какой же тот предтеча гегемонии пролетариата?

 

Здесь вновь уместно вспомнить об иезуитах. Римо-католический след в Кавказских войнах девятнадцатого века на сегодня достаточно доказан – от разработки для имама Шамиля общей военной стратегии и тактического руководства конкретными боевыми операциями с диспозицией засадной артиллерии, с нападениями на крепости и обозы по наводке оставленных в русской армии шпионов, восемьюстами польскими офицерами-перебежчиками, до возбуждения восстания и массового увода адыгов обманом в Османскую империю. Ведь даже «Шейх Мансур» Льва Толстого, по свидетельству историка терроризма Николая Дмитриевича Литвинова, – поляк Теофил Лапинский, что вполне вероятно: перевоплощение в местных религиозных деятелей – типичный приём внедрения агентов орденом. А вот продолжаемая и сегодня деятельность иезуитов по разжиганию межнациональных конфликтов в Сибири ждёт своего исследователя. Ибо тиражируемые ныне в дорогих изданиях фантастические «истории» о русском геноциде сибирских татар, обских угров и даже казахов, которых как народа в шестнадцатом веке просто не существовало, только тиражируются местными нацистами, но слишком знакомы сценарные шаблоны, отработанные на Брест-Литовске, Полоцке и Львове, реализованные в Хорватии и Галиции. Это для Чехии, Литвы, Польши, Украины и ныне Беларуси Россия «византійско-татарское государство», а для Сибири и Центральной Азии русские – безымянные бродяги, тысячу лет назад явившиеся на Русскую равнину невесть откуда, где под предводительством росов-норманнов выбили местных угров и тюрок, загнав невинных в болота и пустыни. А после распада Великой орды, объединившей усобящихся князей в Московский улус, безнаказанно двинулись за Урал в жажде добычи и славы. «Истории» для даунов, но, увы, работают.

Впрочем, иезуиты исторически не единственные, даже далеко не главные враги России: русофобия собирала и собирает гордых завистников и нравственных уродцев, комплексующих от собственной неполноценности, из самых разных стран в самые разные времена. И в числе этого хамова племени всегда была, есть и пребудет гиперактивной пресловутая «пятая колона». Русофобия в России – чужебесие – духовная болезнь, она же одержимость, порча. Болезнь известная и по симптомам – «характерно унижение других людей, постоянное надсмеяние над ними» и «всегда, как червь, точит душу и сердце его смутной печалью, потому что завистливый благополучие и успехи ближнего почитает своим несчастием», и по лекарству – «Сей же род не исходит, токмо молитвою и постом»».

 

«…унижение других людей, постоянное надсмеяние над ними…».

Пафос беспомощен перед тупостью. И подлость всегда этим пользуется. Обсмеять, охохмить открытость сердечного восторга, душевного страдания и сострадания, поглумиться над доверием любви – технологии опошления чистоты и осаливания непорочности отработаны как передёргивание затвора, и тупость послушно гогочет, ржёт, грает. При этом сама тупость в своей глумливой реакции на пафос по-своему «пафосна», ибо уверенна, что реакция её есть собственная, естественно закономерная. Свободно рациональная.

У сатаны две руки, и другой рукой тупость также отработано беленится. «Общественность» профессионально вводится в бешенство, в беснование относительно возвышенного. Опять же под поводом нерациональности возвышенного: православный храм в центре города взамен спортивных и развлекательных комплексов? Все на митинг! Молитва вместо экскурсий? Все на митинг! «Эти попы», которых не удалось загнать в гетто «мемориала», эти «подсвечники», отмывающие не выведенные в оффшор деньги… И ладно со слаженностью выхода масс на агрессивные противодействия церкви, это, действительно, технологии, куда интересней разобраться с энергиями мгновенного озлобления выводимых. Казалось бы, большинство противников строительства храмов заявляют себя атеистами, искренне мнят себя живущими вне всякой религиозности. Только что это тогда за эмоциональное бешенство, которое захватывает атеистов по ходу протестной акции, что за неусмиримая ненависть в отношении иного мировоззрения, не отпускающая и по расхождению по домам? Плюс учесть, что парки современных городов – это, как правило, кладбища, некогда вросшие в расширяющийся мегаполис, то агрессивный «рационализм» екатеринбуржцев, петербуржцев, красноярцев, челябинцев, ульяновцев и нижегородцев, вышедших по сетевым призывам НКО (которые, опять же как правило, исполняют функции иностранных агентов) и беснующихся от идеи освятить захоронения молитвой, при том, что качели-карусели с песнями и плясками на костях их не ужасают, ну… да-да, парады, демонстрации, народные гуляния перед зиккуратом на Красной площади: праздники, праздники, праздники вдоль захоронений сожжённых трупов вождей мировой революции за ледяным саркофагом Ленина… Странная коммунистическая эстетика вечной тризны, вечного Diadelos Muertos.

И толковала чернь тупая:

«Зачем так звучно он поет?

Напрасно ухо поражая,

К какой он цели нас ведет?

О чем бренчит? чему нас учит?

Зачем сердца волнует, мучит,

Как своенравный чародей?

Как ветер, песнь его свободна,

Зато как ветер и бесплодна:

Какая польза нам от ней?»

И здесь Александр Сергеевич гениален: «Какая польза нам?..».

«Польза» тупой черни, «рациональность» профанов – древнее материалистическое прикрытие инфернальности посвящённых. Для натравливания массовой тупости на пафос святости нужны провокаторы-заводилы – эрудированные хохмачи и кликуши от «независимых» СМИ и ещё более «свободных» ютуб-каналов. В основном, это тщеславные популисты – артистичные, напористые, нескрываемо наслаждающиеся своей лайковой известностью, ею живущие, точнее – живущие для неё, и потому всерьёз спорить с ведущими и участниками ток-шоу, блогерами, колумнистами и прочей глумливой обслугой либеральных издательств, ну, вроде как недостойно. Забавно, но опять же, эти лайковые хохмачи и кликуши уверены, что воспроизводят свои собственные мысли, мнения, суждения, ведь эти суждения «рациональны», доказательно «научны» и «прогрессивны».

Хотя, конечно, не всякий раз получится отмахнуться и пройти мимо вождей тупой черни, мимо лосевских «людей "науки", "культуры", "цивилизации"», ведь глумятся они над святыней, твоей или чьей-то святыней. И если ты просто рефлексивно, безоглядно неосторожно не вступишься за то, что считаешь сутевой основой личности, человеческого бытия, то точно ли ты сам – личность? Точно ли ты – человек?.. Для человека вступаться за святыню неизбежно, и это хорошо знают хозяева, спускающие с поводка «людей "науки", "культуры", "цивилизации"». Отсюда сложность: как ответить жёстко, но при этом не опускаясь до уровня провокаторов? Здесь для ответа требуется не шпага, тут нужен хлыст Константина Николаевича Леонтьева.

 

Сегодня образ Ермака-Василия Тимофеевича Оленина уже не искажают, не фальсифицируют, сегодня образ народного героя открыто, демонстративно оскверняют. Для чего употребляют уже наваленные на Ермака за двести богоборческих лет искажения и фальсификации – как «факты», «историческую доказанность», как «само собой» и «всем известно». Оскверняют громогласно, трубно, зычно. Ибо уверены, что «теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» (К.Маркс, «К критике гегелевской философии права»), так что овладевший «чернью тупой» аргумент «какая польза нам?» – та самая страшная сила, против которой не устоять сегодняшней России.

 

Именно так зычен и трубен в своей статье «Ермак и вокруг» автор многочисленных «разоблачений» героики русской истории А.М. Буровский («Ермак и вокруг»): «Памятник Ермаку в Тобольске ставят под странным лозунгом "мы вас победили", что само по себе провокация…», «Поставим этот памятник – оттолкнем от себя если не всех, то многих сибирских татар. На данный момент – вполне лояльных граждан нашего общего государства…», «Посеять смуту – это ли не мечта любого врага, любого подрывного центра? Так на кого работаете «патриоты»?..».

 

«Вы не "наши"»? Это кого от кого автор «боится» оттолкнуть? Ведь и мы, русские, не ваши, г-н Буровский! Как же всё поверхностно, шаблонно, белониточно. Но можно ли отмахнуться, пройти мимо, оставить без внимания эти зловонные пузыри русофобской пены вокруг установки руководителем Фонда возрождения Тобольска Аркадием Григорьевичем Елфимовым поклонного Креста «Казакам дружины Ермака от благодарной России»? Вроде бы можно и нужно: пена осядет, вонь рассеется. Хохмачам и кликушам укажут новую цель для хохмачества и кликушества. Но есть предел терпения. Этот предел – совесть. И в данном случае я не стал бы препираться с подлостью, но совестью обязан ответить на провокацию: Ермак-Василий Тимофеевич Оленин – народный русский герой, то есть – образ святого подвижничества, образчик религиозного самопожертвования во имя Родины. И агрессия буровских заказчиков здесь вызвана именно православным Крестом (беснование относительно возвышенного), а не просто «памятником». Крест! Крест – вот истинная причина бешенства русофобов! Ведь что-то не припоминается столь же эмоциональных возмущений хохмачей относительно установки эстетически отталкивающей, идейно ублюдочной скульптурной композиции «покорение Сибири» в новосибирском аэропорту бывшим хозяином казахской (!) республиканской телекомпании, а ныне советником президента российской государственной «Роснефти» Романом Троценко. А ведь это уже второй урод-монумент «покорителю Ермаку» британского скульптора узбекского происхождения Юнуса Сафардиара: такой же апокалиптический монстр, всадник из ада установлен в Томске, и тоже при полной кликушеской невозмутимости.

 

Буровский в своём «исследовании» «Ермак и вокруг» пишет: «Он завоевал Сибирь? Вовсе нет. Сибирь подвели под "высокую государеву руку" совсем другие люди – воеводы, которые строили крепости, и брали на службу местных жителей, в том числе татар. … Хочется воздвигнуть памятник деятелям русской истории, которые присоединяли Сибирь к московскому царству? Я уже назвал Воейкова… чем вам не нравится Андрей Матвеевич, добивший Сибирское ханство? Или основатель Тобольска, Данило Григорьевич Чулков, … Ермаку мы не обязаны ни основанием городов, ни "прекращением главных и важных смут"».

Классический пример логики тупой черни: «Какая польза нам»? Вот так, до скуки отработанно, провокаторы манипулируют современными утилитаристами, заводилы кукловодят генерацией глобалистской унификации, не имеющей ни своего религиозного настоящего, ни своего национального прошлого. Что ж, пекущихся о пользе от похода Ермаковской дружины могу отослать к своей статье «Ермак. Геополитика против историографии», в которой разбираю столкновение лондонских, бухарских и московских экономических и политических интересов, сошедшихся в конце XVI века на Иртыше. Однако Буровский А.М. в своей заметке лишь походя апеллирует к наследникам Иеронима Бентома, главной же целью провокации является то, что сформулировано в Уголовном кодексе как «…возбуждение ненависти либо вражды, а также унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии» (УК РФ Статья 282).

Идея нации реализуется в её культуре. Я ни в коей мере не подвергаю сомнению российский государственнический патриотизм руководителей и членов РОО «Национально-культурная автономия сибирских татар и татар Тюменской области». Более того, я искренне разделяю их тревогу за сохранение языка и культурных традиций своего народа. Ведь мне приходится работать по этой проблеме профессионально, так как сохранение жизни национальных языков России напрямую связано с их переводимостью на русский. Дело в том, что язык в охранно-музейной эталонности умирает неизбежно, какие бы усилия энтузиастами не прикладывались. По прогнозам лингвистов через пятьдесят лет в мире исчезнет от 60 до 90 процентов языков, даже и немалочисленных народов.

Язык нельзя сохранить только педагогикой, без творческого развития: если новые поколения поэтов и прозаиков не пишут на родном языке, не создают всё новые и новые художественные произведения, он рано или поздно угасает. Мои друзья-писатели в Бурятии и Дагестане, в Башкирии и Карелии, в Казахстане и Молдавии давно бьют тревогу: творческая молодёжь амбициозно мечтает о широкой читательской аудитории, которую могут обеспечить только мировые языки, а так как советская государственная система переводов канула в Лету, то молодые авторы в республиках и автономиях переходят на русский. Понятно, что эту беду может остановить только государственная программа, но у нас, Союза писателей России, есть опыт противодействия языковому отмиранию. Как пример – многолетний международный молодёжный фестиваль-конкурс поэзии и поэтических переводов «Берега дружбы», в рамках которого молодёжь, вначале только из России, Украины и Беларуси, под руководством наставников переводила друг друга со славянских языков, а теперь каждый год в проект входят поэты – носители языков тюркских, угорских и кавказских. Особая радость: молодые поэты из Донецкой и Луганской республик, которые по понятным причинам и думать не хотели писать стихи на украинской мове, благодаря фестивалю теперь сочиняют новые, сильные произведения на замечательном, чистом от поляцизмов, полноценном родном языке. То есть, животворят его. С радостью примем в наш круг патриотов своих культур и молодых поэтов, творящих на сибирско-татарском.

Опять же понятно: сохранить национальные традиции невозможно, если опираться только на негатив, на постоянное возбуждение настоящих и надуманных обид, ненависти и зависти к окружающим. Ну, не будут молодые поколения жить злобой и враждой, для жизни нужны красота, душевность, свет. А наша Россия – великая империя и величайшая цивилизация потому, что собрана и держится любовью, добром, справедливостью. Россия возвышена любовью Бога, добром людей, справедливостью своей уникальной государственности с «сакральной, сотерологической миссией Святой Руси – России, как силы, пришедшей в мир затем, чтобы унять сильных и наглых и ободрить слабых, открыв им перспективу спасения» (А.С. Панарин).

Я верю в государственнический патриотизм руководителей РОО «Национально-культурная автономия сибирских татар и татар Тюменской области». И верю, что патриоты России всех национальностей и религиозных традиций всегда могут найти возможность сойтись в прямом, открытом, честном и аргументированном разговоре с соседями, с которыми уже столько пережито общих испытаний и трудностей, побед и радостей, дабы открыто преодолеть любые недопонимания в своих взаимоотношениях ради общего будущего. Так уже бывало не раз, и только так должно быть. Главное – оградить, защитить своё общение от клеветников-провокаторов, сеющих ложь и жнущих подозрения и раздоры.

 

На самом деле, сибирякам давно пора разобраться со своей историей.

Сколько можно страшиться богоборческого прогрессизма «мировой истории» с её причудливыми методами познания и классификации социальной действительности, а честнее – вихлястым обслуживанием идеологии апостасии? А не пора ли подвергнуть системной переоценке западноевропейскую «научную картину мира», исходной и опорной точкой которой является «бремя белого человека»? Это их колонизаторская история, а нам нужна история наша, имперская. Пора решительно отбросить атеистическую парадигму, под игом которой уже триста лет чахнет отечественная историческая наука. Хватит терпеть давно сопревшие импотентные концепции и завиральные гипотезы, антиправославные трактовки великих событий и святых героев-подвижников, определивших судьбу нашей прекрасной, боговЕдомой и боговедОмой Родины, а не «византійско-татарскаго государства, въ которомъ религія была только орудіемъ для ни передъ чѣмъ не останавливающагося деспотизма»…

Если на историческую реконкисту нет сил ни у Москвы, ни у Санкт-Петербурга, то, может быть, таковые соберутся в Новосибирске, Тюмени, Омске, Томске? Ведь столько тем, столько вопросов.

Тут и селькупско-кетские и самодийские космогонии с общими представлениями абсолютного добра и абсолютного зла, культ мамонта как объяснение военных и мирных отношений с ритуалами договорных клятв-заклинаний… И угорская крепостная тактика против зимних самодийцев и летних тюрок – наша обдорская Илиада...

А кто были беклярбек Чинги-Тури и Ишимский хан для Кок-Орды или Ак Орды? Где проходили сезонные кочевья и где стояли столицы улусов двух (?) Белых и двух (?) Синих орд... Шибаниды-тайбугины-шибаниды – религиозная легитимность перемены власти и безвластие при переменах веры...

Опричнина первого набора – Иоанникий Строганов как личный послушник царя-игумена, религиозно-сверхответственно доверенный представитель трона за пределами княжеских и боярских вотчин, где Россия – северный щит восстановленного Абдулла-ханом II великого шёлкового пути...

И, может быть, самая неотложная тема, самая первостепенная: даже с поддержкой англичан и голландцев, – имело ли перспективы Кучумово ханство в мировом будущем? Смогло бы собранное саблей интервента-узурпатора малолюдное и рыхло заселённое, религиозно и этнически разноликое протогосударство конкурировать со сложившимися рядом величайшими Евразийскими культурными центрами Москвы и Бухары, то есть, развилась бы в Сибири собственная оригинальная цивилизация? И ставилась ли кем таковая задача?!

 

Давно и остро назрела необходимость учреждения постоянно действующих историко-философско-религиозных лабораторий, переосмысляющих всё произошедшее на территории Сибири за шестьсот-четыреста-сто лет именно с надвременно религиозной, а не суетливо утилитаристской, с имперской, а не колониальной позиций. Давно пора очистить образы и раскрыть символы национальной памяти в свете понимания воплощения Божьего промысла о мировой миссии нашей многонациональной, разноконфессиональной и цивилизационно единой России. Ждут этого истинно народные, истинно русские герои, принесшие в Сибирь Русскую правду Белого царя – Ермак со товарищи не сгинули ради славы и соболей, а встретили смерть, выйдя на защиту купцов-бухарцев, чинящих торговые связи Бухары с Москвой, ладящих со-общения Абдулла-хана с Царём всея Руси. «Нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя». И вот, с точки виденья рисков и надежд современности, с сознания высоты миссии сегодняшней России и широты возможностей сегодняшней Сибири, поставленный и освящённый в Тобольске поклонный Крест Ермаковой дружине – молитвенный памятник героям-самоотверженцам, принесшим свои жизни в жертву Родине, – становится всем понятен и всем необходим: «Жертва же в честь и во славу Матери Родины сладка и духовна. Жертва эта и есть то самое, что единственно только и осмысливает жизнь».


 

 

Книга Михаила Тарковского "Три урока" -- одно из тех редких изданий, которое позволяет без натяжек говорить об искусстве книги. 

Художник Иван Лукьянов, создавая образ книги с помощью светописи (черно-белой фотографии с как бы обнажившимся серебром), предложил вдумчивому читателю ключи к рассказам и повестям писателя. Каждый снимок в книге - это именно ключ к тексту и не случайно, прежде чем погрузиться в то или иное произведение Михаила Тарковского, читатель замирает перед открывшейся на странице фотографåией. 

Найденное Иваном Лукьяновым решение образа книги через фотографии кажется безыскусным, но производит сильнейшее магнетическое впечатление. Читателя с первых страниц охватывает ощущение Тайны - тут и тайна тайги, и тайна слова, и тайна человеческой судьбы. Читатель невольно ловит себя на мысли о том, что где-то и когда-то он уже переживал такую зримую встречу с Тайной, и тут же придут на память образы "Зеркала", "Соляриса", "Сталкера"... 

Историческое Событие

 

8 ноября - в день памяти святого Димитрия Солунского наконец свершилось долгожданное и воистину историческое событие -  в тобольском парке «Ермаково поле» был проведен чин освящения и состоялось открытие Поклонного креста «Казакам дружины Ермака от благодарной России». Дата не случайна - именно в день Димитрия Солунского Ермак «взял» Сибирь, разгромив войско Кучума, и Московия стала Россией. Теперь же была одержана еще одна победа - в битве за нашу память. 

 

Дорогие друзья,
общественный благотворительный фонд "Возрождение Тобольска" выпустил сигнальный экземпляр факсимильного издания - двухтомник А.П.Чехова "Остров Сахалин" 
(с оптико-электронной реконструкцией рукописи и комментариями). 

Предлагаем вашему вниманию статью Василия Владимировича Дворцова " Чехов.Мотивации Сибири "
(по ссылке  https://rospisatel.ru/dvorzov-chehov.html   или  ниже по тексту)

Василий ДВОРЦОВ ЧЕХОВ. МОТИВАЦИИ СИБИРИ
 
Выходит в свет очередной потрясающий своей монументальностью замысла и ювелирностью исполнения проект Общественного благотворительного фонда «Возрождение Тобольска» и Отдела рукописей Российской государственной библиотеки – факсимильное издание чеховского «Острова Сахалина» с оптико-электронной реконструкцией рукописи и комментариями. Соборный труд учёных, техников, типографов, художников и писателей, затеянный, организованный и, как всегда, успешно завершённый неутомимым подвижником книжного искусства, историком и пропагандистом русской культуры, президентом Фонда Аркадием Григорьевичем Елфимовым. Счастлив участием в этом грандиозном проекте – комментированием тома «Письма из Сибири», удовлетворён внесением своей лепты в чехововеденье. В ходе работы над заданной темой, верю, мне удалось сделать несколько мотивациионных реконструкций самого загадочного поступка великого писателя – поездки на каторжную окраину Российской Империи. Так же надеюсь, что нашёл достаточно доводов для примирения жителей замечательного города Томска с Антоном Павловичем. Приглашаю знатоков и поклонников творчества Чехова обсудить писательское прочтение его походных записок: